Записи престарелых лесбиянок

Я ходил в детский сад с замечательным названием «Веселинка». Не могу сказать, что все посещавшие его дети, соответствовали этому названию, но няня у меня была просто чудесная: молодая, лет 25ти, красивая, добрая и от нее хорошо пахло. А еще, она очень трепетно ко мне относилась. Исключительно трепетно. Она со мной много разговаривала, рассказывала всякие интересные истории, тайно угощала конфетами и кофейными жвачками и не заставляла есть гороховое пюре. На прогулках, пока все дети играли в безынтересные для меня игры, я ждал, когда же закончится эта скучная прогулка, и я снова вернусь к няне Оксане.
В моей жизни у меня были две любимые вещи: няня Оксана и джинсы–бананы, привезенные из ФРГ и подаренные мне моим дядей. С того дня, как я первый раз надел эти джинсы, вся остальная одежда для меня исчезла. В «бананах» я гулял, ходил в садик и даже спал. А еще, эти джинсы очень нравились Оксане, а значит, и я тоже. Они не могли не нравится: шесть карманов, два из которых на липучках, куча змеек и модная форма. Таких не было ни у кого.
Однажды, во время очередного разговора, няня Оксана произнесла фразу, о последствиях которой она даже не могла предположить. Естественно, в эту фразу она ничего не вкладывала, и никакой серьезностью она не обладала. Но не для меня. Во время какого–то моего рассказа, она улыбнулась и произнесла: «…какой ты молодец! Приходи ко мне жить! Будешь мне помогать!»
Я не знаю и не помню, в каком контексте это было сказано, хотя прекрасно понимаю, что это была шутливая легкомысленная фраза. Но тогда, в 5 лет, я воспринял ее как официальное приглашение к совместной жизни.
В этот вечер, вернувшись из садика, я был как никогда серьезен, задумчив и сосредоточен. Войдя в свою комнату, молча, я начал собирать свои вещи. К тому моменту, когда в комнату вошла моя мама, багаж был уже почти собран: пластмассовая зеленая лошадь, меч, набор детских кегель, луноход на батарейках и вся коллекция солдатиков. Мама, не понимая, что происходит, спросила, зачем я все это собрал. Я ответил, что ухожу жить к своей няне Оксане. После короткого разговора, мама видимо поняла, в чем дело и начала действовать. Первым делом она начала давить на жалость, сказав, что они с папой буду очень скучать по мне. На что я ответил, что буду приходить к ним в гости. После еще нескольких доводов, мама поняла, что я непреклонен и настроен серьезно и решила нанести удар ниже пояса.
–Ну что же. Раз ты решил, то можешь забирать свои игрушки и уходить. Но только бананы я тебе не отдам, и ты их оставишь дома.
Она подошла к моим вещам и забрала аккуратно свернутые джинсы.
–А как ты хотел? Мы с папой заведем себе другого мальчика и отдадим ему твои бананы. А няня пусть покупает тебе новые.
Это было нечестно, и я не был к этому готов. Я прекрасно понимал, что такие бананы «у нас» не продаются. Мама, почувствовав, что идет в правильном направлении, решила сделать «контрольный выстрел».
–И лошадь тоже заберу.
Она подошла и действительно забрала мою пластмассовую зеленую лошадь.
–А теперь можешь уходить.
Я думал про себя, что черт с ней с лошадью, но бананы! Они же так нравились Оксане. Что я ей скажу? И где она их купит? Я попытался выменять у мамы джинсы на все мои игрушки, но мама стояла на своем и в итоге я сдался.
На следующий день, я шел в садик с ужасным чувством стыда. Я не мог представить, как я посмотрю в глаза своей няне. Ведь она наверняка ждет меня уже с вещами, а я подвел ее и разменял на бананы. Но няня была спокойна, все так же улыбчива, от нее все так же хорошо пахло, и она даже угостила меня кофейной жвачкой.
Через некоторое время, Оксана вышла замуж и больше в садике не появлялась. А вместо нее пришла другая няня: большая, толстая и от нее пахло хлоркой.