*
Есть два архетипа, описывающие жизнь человека на земле. Первый – это путешествие туда и обратно. Корабль аргонавтов, вернувшийся с Золотым Руном, хоббиты вернувшиеся без Кольца Всевластья (а до того – с ним), “Снежная Королева”, все сказки странствий, философия “вечного возвращения” и массовый поток фэнтази развивают этот миф. Лучше всего он обозначен в метафизике Толкиена: люди – странники на земле, они приходят из неведомых мест, где находится их дом, хлебают горя, меняют мир, и возвращаются домой. Смысл странствия – исполнение некого квеста и – одновременно – сохранение собственной природы в неизменности. Герой не должен пасть, как бы его не ломали. В некотором роде, это жизнь как испытание, закольцованная у порога дома (“ну, вот я и вернулся”).
*
Второй – это вектор, описывающий жизнь как школу некого опыта. Каждое событие содержит в себе урок, каждое испытание – экзамен, и дело человека – учиться и учиться. Человек должен измениться, приобрести некую законченную форму. Повзрослеть, изжить страхи, постигнуть смысл любви, лишиться иллюзий и т.д. Если первый архетип имеет дело с пространством, наполненном чудесами или чудовищами, то второй имеет дело с временем (у которого свои чудеса и свои чудовищные лица). Последним экзаменом является смерть. Здесь располагаются книги о детстве и взрослении, многотомные реалистические саги (“Война и мир”), мистические романы о познании (“Ангел Западного окна”) тайные доктрины, некоторые авторские сказки (“Буратино”) и все, что так или иначе касается адептата (во главе с “Волшебной флейтой” Моцарта). В некотором роде, это жизнь как бег с препятствиями, в конце которой героя ждет преображение. (“И тело Бельбо, повешенного на Маятнике, воплотило собой размещенный в пустоте чертеж древа сефирот, наметив в своем последнем странствии десять этапов бескровного дуновения, все фазы нисхождения божественного в мир”).
*
Каким путём ты идёшь и каким бы хотел идти, Анон?
И как вам это:
