неделя празднования блога продолжается
Вот представьте себе картину: больной лежит на судне, с лицом землистого цвета, опираясь на локти и щадя разрезанный и зашитый бок. Он глотает воздух мелкими, частыми, поверхностными вдохами, как загнанная
собака, и осторожными толчками изгоняет из прямой кишки дурно пахнущую залежалую какашку. Сильно натужиться больной не может – не позволяет боль в покореженном хирургами боку. Да и вздохнуть глубоко он не может – по той же самой причине. В неравной борьбе с какашкой, больному удается вытолкнуть ее до середины. Еще немного, еще чуть-чуть усилий, и она победно плюхнется на дно судна. Еще чуть-чуть – но именно тут, на полувыдохе, в самой середине болезненного натуживания, с треском открывается дверь, и в палату стремительно входит преподаватель, а за ним целая стайка славных розовощеких
девушек – будущих врачей – с локонами, выбивающимися из-под белых колпачков, в яркой помаде, с изящным длинным маникюром и игриво-томным видом. Анальный сфинктер больного судорожно сокращается, как у пугливой девственницы перед дефлорацией, пересекая злополучную какашку как раз посредине. Наружная ее половинка сваливается в судно, а внутренняя – стремительно и злобно уходит назад, в прямую кишку, гнить дальше и отравлять больного мерзким каловым ядом. Возможно, парой дней позже, ее найдет на вскрытии и извлечет из кишечника патологоанатом. Найдет, но при этом даже не заподозрит, что держит в руках одну из причин смерти.
(c) Шленский на либру
И как вам это:
