Записи престарелых лесбиянок

Старик Леонарда обладал ухоженной бородищей. Постоянно мылся и ходил по Флоренции в римской тоге. Можешь представить, с каким восторгом смотрела на него почтенная публика. А Микиланджыла наоборот, не мылся никогда и одежду не менял. Даже спал одетым, источая смрад. И вот как-то раз идёт Леонарда по улице, весь такой пиздатый, в тоге, пахнет приятно. А его тормозят два флорентийца. Кстати, в те времена слова “флорентиец” и “пидарас” были синонимами – в связи с небывалым расцветом искусств во Флоренции. И вот два флорентийца робко так задают Леонарде вопрос: – Извините, что мы к Вам обращаемся… Вы не проясните нам вот это место из Божественной комедии великого Данта?…
Леонарда только приосанился, бороду разгладил, рот раскрыл, как глядь – Микиланджыла куда-то чешет. Как обычно, немытый и отвратительно смердящий. Но Леонарда его всё равно уважал, потому что Микиланджыла тоже был гением. Хотя и не таким серьёзным, как сам Леонарда (собственно, только поэтому он его и уважал). При этом Леонарда был на 25 лет старше и относился к вонючему младшему коллеге снисходительно. И тогда Леонарда говорит: – Микиланджыла, тут вот ребята интересуются спорным моментом из Божественной комедии. Есть мнение – лучше тебя им никто не объяснит… А Микиланджыла через немытые уши слышал херово, возле бородатого пидора останавливаться не собирался, и по звуку решил, что Леонарда его публично послал на хуй. Ну, и предусмотрительно отскочив подальше, заорал на всю улицу: – А не ты ли, пидор причёсаный, в городе Милане собирался лошадь отлить, а отлил какую-то хуйню?!Да пошёл ты, говорит, сам на хуй!!! И убежал. А Леонарда грустно посмотрел малолетнему долбоёбу вслед и ничего не сказал.